Картины Кавказа у Л.Н. Толстого («Кавказский пленник») и Ф.Ф. Торнау («Воспоминания кавказского офицера») (II)

_кавказ

Окончание. Начало смотрите здесь

Воспоминания Торнау по своей литературной манере совершенно противоположны повести Н. М. «Правда действительных фактов при их романтическом характере придает книге занимательность истории и романа. Переход автора (Ф.Ф. Торнау – Р.А.) через ту часть правого фланга кавказской цепи, которая была до тех пор совершенно недоступна русским, и продолжительный плен его у горцев представляет несравненно, более поэтический интерес, чем наши поэмы и романы, в которых действие перенесено на Кавказ и украшено всевозможными вымыслами», — писала газета «Голос» в 1865 г. (№184). [Цит. по: Макарова 1996, с. 1]

«Воспоминания кавказского офицера» — это реалистический рассказ, лишенный всяких эффектных сцен и насыщенный многочисленными бытовыми и психологическими подробностями. Характер рассказчика совершенно иной, чем характер поручика Б., изображенного в повести «Библиотеки для чтения». Это очень смелый, мужественный человек, полный сознания своего достоинства, внушающий уважение горцам.

Остановимся подробнее на описании Ф.Ф. Торнау его жизни в плену у горцев с точки зрения установления возможного отношения этого, по словам М. Броссе, «драматического рассказа» к «Кавказскому пленнику» Л.Н. Толстого. Даже при самом поверхностном сравнении трудно не заметить генетическую связь произведений Л.Н. Толстого и Ф.Ф. Торнау. Судьба толстовского пленника – Жилина имеет много общего с судьбой Торнау — пленника. Например, ситуация, при которой произошло пленение Жилина и Торнау: нестерпимо жаркий летний день, медленно ползущий по степи обоз, группа офицеров, внезапное нападение врага, ограбление, пленение и т.д.

_кавказеще

Особую роль суждено было сыграть в судьбе Торнау-пленника красавице-черкешенке Аслан-Коз. «Чрезвычайно стройная, тонкая в талии, с нежными чертами лица, черными, несколько томными глазами и черными волосами, достававшими до колен, она везде была бы признана очень красивою женщиной. Притом она была добродушна и чрезвычайно понятлива. Очень ей нравилось, что мы, христиане, имеем только одну жену, ей верим и ее не запираем», — так описывал Торнау Аслан-Коз [Торнау 2000, с. 251].

Любовь девушки к умному, доброму, храброму русскому офицеру стала легендой благодаря «Воспоминаниям» Торнау и послужила прообразом вариаций «Кавказского пленника», в особенности судеб героев одноименного рассказа Л.Н. Толстого. Безнадежная любовь, искренняя преданность дружбе и материнская забота Аслан-Коз до глубины души тронули Торнау и помогли ему в самые тяжелые минуты плена. Трижды предпринимавший попытки побега, изнуренный голодом, лишениями и болезнями, прикованный железной цепью с ошейником к стене, в холодном неотапливаемом сарае, лишенный всех человеческих условий существования, он обретает в дни испытаний искреннюю дружбу и нежнейшую любовь.

Юная черкешенка пыталась обратить русского офицера в свою веру. Но герой разбил ее надежды на замужество, заявив о непреклонном желании остаться православным. Любовь Аслан-Коз суждено было остаться безответной. Оставляя Аслан-Коз наедине с ее чувствами, Торнау в нравственном отношении далеко оставляет прославленных любовников — героев «Кавказских пленников» А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова.

По просьбе пленника Аслан-Коз приносит ему нож, которым он постепенно, день за днем, вырезает отверстие в одном из бревен хижины, где он был заперт. Но побег его осуществляется другим способом — его освобождает большой друг барона, ногайский князь Тембулат Карамурзин, первый проводник Торнау. Карамурзину удается похитить пленника у кабардинцев в ночь с 9-е на 10-е ноября 1838 года.

Характер главного героя толстовского рассказа Жилина во многом напоминает характер Торнау, каким он вырисовывается из его воспоминаний.

Российский офицер Ф.Ф. Торнау, как и толстовский герой, побывавший в плену у горцев, в своих воспоминаниях поведал о том, как он прикормил собаку, которая его охраняла. «Восемнадцать дней я тер звено цепи, пока успел его распилить. Работа производилась только днем, когда все уходили из аула и нас караулила одна черная собака, на которую Тамбиев полагал свои главные надежды, не зная, что между нами существует тайная дружба. Она служила уже не ему, а мне, давая знать ворчанием, когда кто-нибудь подходил» [Торнау 2000, с. 200]

Торнау рисовал фигуры и резал по дереву так, что даже черкесы просили его вырезать для них палки. «Совершенное бездействие, в котором я проводил весь день… было способно довести меня до помешательства. Передумав обо всех обстоятельствах и случайностях, могущих послужить к моему освобождению, я стал вспоминать прошедшее, думать о будущем и углубляться, наконец, в философские вопросы, заводившие меня иногда так далеко, что я начинал чувствовать необходимость обращаться от вечной думы к какому-нибудь материальному развлечению. Добыв кусочек карандаша, я рисовал на ставне и на строганых столбах все, что приходило на ум…»[8:169] «Потом я занялся резьбой из кизилового дерева палок (по- абхазски алабаща – Р.А.), употребляемых черкесами для ходьбы в горах. Это им очень нравилось, и многие просили меня украшать их палки, что мне всегда удавалось, к их удовольствию» [Торнау 2000, с. 170]

Эти факты, немного изменив, использовал Л.Н. Толстой: влюбленную Аслан-Коз Толстой заменил татарской девочкой Диной. Жалея Жилина, она прибегала к нему с едой, устраивала герою побег, отчего рассказ стал глубже и доступнее детям. Второму пленнику (Костылину), который у Н. М. только упоминается, но совершенно не характеризуется, Толстой придал определенный характер апатичного и неповоротливого человека, чем еще больше подчеркивается молодечество Жилина.

«Кавказский пленник» особенно нравился и автору и читателям-детям. В трактате «Что такое искусство?» (1897—1898) Толстой выделяет этот рассказ, так же как и рассказ «Бог правду видит, да не скоро скажет», из всего ранее им написанного. Здесь он причисляет «Кавказского пленника» к произведениям «всемирного искусства», соединяющего людей в одном чувстве, всем доступном [Гусев 1963, с. 75]

О «Кавказском пленнике» Толстой одобрительно отзывался и в устных беседах. В 1883 году на вопрос одного из посетителей, в каком возрасте можно давать детям его «Детство», Толстой ответил, что он не считает свои повести «Детство» и «Отрочество» пригодными для детского чтения, и прибавил, «особенно оживившись»: «Вот “Кавказский пленник” — Жилин и Костылин — вот это я люблю. Это дело другое. “Кавказский пленник” можно дать детям, и они любят его» [Гусев 1963, с. 75]

Научная кавказоведческая и литературная ценность работ Ф.Ф. Торнау и сейчас делают их достойными внимания. Более того, сочинения Торнау не утратили своей увлекательности и новизны, благодаря чрезвычайно важным фактическим данным «Воспоминания кавказского офицера» Ф.Ф. Торнау служат одним из важных источников по изучению истории и культуры Кавказа, и особенно Абхазии первой половины XIX столетия. Дополнительное историко-культурное значение «Воспоминаниям кавказского офицера» Ф.Ф. Торнау предает тот факт, что они послужили одним из источников творческого вдохновения Льва Николаевича Толстого.

Регина АВИДЗБА - аспирантка Института мировой литературы им. Горького

По материалам: www.kavkazoved.info

___________________________________________________________________________________________________________

Литература и источники

Берс С.А. Воспоминания о гр. Л.Н. Толстом. Смоленск, 1894.

Гусев Н.Н. Л.Н. Толстой. Материалы к биографии с 1828 по 1855 г. / Отв. ред. М.К. Добрынин. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1954, размещен на сайте http://feb-web.ru/feb/tolstoy/chronics/g54/g54.htm

Гусев Н.Н. Л.Н. Толстой. Материалы к биографии с 1870 по 1881 г. / Отв. ред. А.И. Шифман. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1963, размещен на сайте http://feb-web.ru/feb/tolstoy/chronics/g63/g63.htm?cmd=2&part=6

Дзидзария Г.А. Ф.Ф. Торнау и его кавказские материалы. М.: Наука; Главная редакция восточной литературы, 1976.

Макарова С.Э. Торнау Ф.Ф. Воспоминания кавказского офицера // Дружба народов, 1996, «Военная литература»: http://militera.lib.ru/

Полторацкий В.П. Воспоминания В.А. Полторацкого // Исторический вестник. 1893. № 6.

Попов В.М. Историко-литературный источник «Кавказского пленника» // http://feb-web.ru/feb/tolstoy/critics/l2c/l2c2190-.htm

Полное собрание сочинений : [в 90 т. : юбил. изд. первого Полн. собр. соч. Л. Н. Толстого (1828-1928)] / Л. Н. Толстой. — М.: Художественная литература,1928-1958. Т. 21, Серия первая: Произведения / [подгот. текста, коммент. В.С. Спиридонова, В. С. Мишина]. — 1957. – В содерж.: Новая азбука: 1874-1875; Русская книга для чтения.

Торнау Ф.Ф. Воспоминания кавказского офицера // Русский вестник. 1864. – №9–12

Торнау Ф.Ф. Воспоминания кавказского офицера // Исторический вестник. 1897. – №1–2

Торнау Ф.Ф. Воспоминания кавказского офицера. В двух частях /Под ред. и со вступ. ст. С.Э. Макаровой, М.: Аиро — ХХ, 2000.

Торнау Ф.Ф. Воспоминания о кампании 1829 года в европейской Турции //Воспоминания русского офицера. С.Э. Макаровой, М.: Аиро — ХХ, 2002.

Торнау Ф.Ф. Панна Зося. Рассказ армейского прапорщика.//Воспоминания русского офицера. С.Э. Макаровой, М.: Аиро — ХХ, 2002.

Торнау Ф.Ф. Воспоминания о Кавказе и Грузии.//Воспоминания русского офицера. С.Э. Макаровой, М.: Аиро — ХХ, 2002.

 
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звёзд (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Loading ... Loading ...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>